Скульптурное изображение человека

Месопотамская скульптура отвечает необходимости подтвердить присутствие фигуры в пространстве, чтобы поставить ее перед богами. Поэтому она не фиксирует моменты преходящей деятельности. Такое представление материализуется в неподвижной статуе-глыбе, которая кажется впаянной в каменную массу. Наиболее важные черты сводятся к схематическим формам, а объемы создаются для того, чтобы подчеркнуть трехмерность. Масса распределяется вокруг некоей оси в совершенной симметрии. Статуя воплощается в геометрической фигуре, подобной цилиндру или конусу, к которой приспосабливается тело. Эти формы придают фигурам единство и делают их однородными.

Коленопреклоненная фигурка из Ларсы XVIII столетия до н.э. (бронза и золото, высота 19,5 см), которая, похоже, является изображением вавилонского царя Хаммурапи, хранящимся в Лувре

Статуи всегда индивидуальны: отдельные фигуры, обычно пребывающие в положении сидя или стоя, неподвижны или с выдвинутой вперед ногой. Ноги очень крепкие и изображаются параллельно на круглом основании. Руки располагаются вдоль туловища или, что встречается чаще, скрещены на груди. Расположенные таким образом конечности подчеркивают округлость трапецеидальной массы, которая преобладает в них в целом. Встречаются в изобилии изображения мужчин. Женские фигуры, напротив, редки и худшего качества.

Изваяние головы

Черты лица выражают индивидуальность человека; телу уделяется не слишком много внимания, оно в действительности служит лишь пьедесталом, сверху которого устанавливается голова. Лицо подвергается пластичной и тщательной обработке, подчиняющейся определенным условностям, которые делают модели однообразными и не позволяют узнать конкретных индивидуумов. Роговица глаз изготовлена из морской раковины, а радужная оболочка — из ляпис-лазури или смолы, нанесенных на глазную впадину из канифоли. В совокупности создается эффект огромных, почти вылезших из орбит, жалобных и устрашающих глаз. Кроме того, это глаза, вызывающие беспокойство, благодаря отсутствию век. Взгляд обретает важнейшее значение, потому как с его помощью благочестивый почитатель выражает свою мольбу. Брови инкрустируются ляпис-лазурью; рот закрыт, а волосы представляются упрощенно, в геометрических фигурах; лицо принимает серьезное, строгое, несколько жесткое выражение. Этнические черты превосходно различаются по формам. Формы мощные и несколько приземистые, в шумерском типе; кроме того, они имеют крупную бритую голову и орлиный нос; другие формы более стилизованны и обладают длинной вьющейся бородой семитского типа.

Жесткие одеяния и отсутствие анатомии

Месопотамское искусство сформировалось на основе понятий, которые не искали идеал красоты в человеческом теле, несмотря на то, что формы все же отвечали определенному канону. В Месопотамии человеческое тело не изображалось обнаженным, за исключением додинастического периода, когда нагота считалась непременным условием, чтобы предстать перед богами.

Скульптурная группа моля-щейся шумерской супружеской пары III тысячелетия до н.э., принадлежащей к семитскому этносу (Багдад, Иракский музей). Эта чета молящихся уникальна по той причине, что в ней, как правило, преобладают индивидуальные скульптурные формы, изображает красноречивым образом — как сомкнутым положением губ, так и выражением вышедших из орбит глаз и единством туловища и рук — смиренную и нарочито трогательную мольбу, которую они обращают к богам

После этого не было никаких попыток углубиться в пластическое изображение тела. Кроме того, не выполнялись анатомические этюды. Тем самым имело место стремление воплощать красоту посредством объемов, в отличие от Египта, который выражал вечность и красоту посредством форм.

В Месопотамии имелась тенденция скрывать тело под жесткими одеяниями. Так, фигуры изображались в длинных шерстяных фалдах или туниках, которые адаптировались к геомет- рической схеме, подчеркивая цилиндрический силуэт. Во времена первых династий и в период Гудеа у статуй были открытыми руки, а во многих случаях — даже торс.

Позднее, в ассирийский период, тела оказались полностью скрытыми под одеждами, которые устранили всякие намеки на анатомию.

Исключение в применении этих условностей имело место в скульптурах из меди (середина II тысячелетия до н.э.), которые служили пьедесталом для подношений.

В них фигура освобождается от геометрического блока и тяжелых одеяний, чтобы в обнаженном виде быть воспроизведенной в скульптурных композициях, выполненных с большей свободой и смелостью.